Стать мировой державой Программы и проекты Мировое развитие Россия-2010 На главную
  поиск:     

Партия России / Статьи Сегодня 31.10.2020   
Программа движения
Доктрина России в 21 веке
Председатель
Амурский путь
Вступить
Форум
Контакты
Статья впервые опубликована 23 октября 2002 года в интернет-журнале “Русский Переплёт” http://www.pereplet.ru/text/krupnov23boct02.html
Крупнов Ю.В.

Новая российская школа

нужно образование, которое бы было в состоянии

обеспечить реализацию образовательных прав личности каждого без исключения русскоязычного ребенка

Для этого необходимо министерство будущего


Курс на колониальную школу?


         Неприятно указывать на очевидные всем признаки чудовищной деградации и запущенности образования, на симптомы образовательной разрухи страны: оскорбительная заработная плата, старение педагогов, резкое уменьшение подготовленных кадровых педагогов в школе, чрезвычайно низкое качество образования в подавляющем большинстве школ, постыдная обветшалость зданий школ и здоровья педагогов и детей.
         Даже революцией здесь уже не обойдешься. Полную тупиковость и поверхностность с точки зрения развития образования и страны сегодняшней “революции” в образовательной сфере прекрасно показал бывший до июня этого года заместителем министра образования России Б.А. Виноградов в статье “Реформа – модернизация – революция” (“Народное образование”, № 8 за 2002 г.).
         Российское образование – на дне. Там же, где и страна.
         В этой ситуации нет ничего вреднее симуляции решительных действий, за которыми ничего нет и которые прикрывают убогую образовательную политику. Симуляция не только окончательно дезориентирует людей, профессионалов и родителей, политиков и бизнесменов, но и крадёт у нации столь необходимое и столь ничтожно малое время, которое, возможно, ещё осталось у нас.
         Вынужден утверждать, что все без исключения действия и мероприятия нынешнего правительства и министерства образования под руководством В.М. Филиппова, организованные по преимуществу извне министерства закулисными “кукловодами”, самым заметным и публичным из которых является ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов, вся так называемая “модернизация” являются чистой воды симуляцией действий по улучшению российского образования.
         Все нормальные люди, имеющие недутый авторитет в науке, образовании, промышленности и культуре, способные отстаивать свои принципы показывают как минимум бессмысленность и недалёкость “реформ”.
         Глава Совета Федераций Сергей Миронов в ходе посещения МГУ 12 февраля этого года резко высказался против таких “реформ”: “Активно насаждаемая сейчас реформа образования меня не устраивает. Реформаторы пусть реформируют другие области, не затрагивая фундаментальной школы”.
         Против основных мер в рамках так называемой “модернизации” выступил Президиум Российской академии наук, собиравший по этой проблеме специальное собрание. Против выступает ректор МГУ, жемчужины российского образования, академик В. Садовничий. “Соросовские” профессора организовали интернет-проект под общим названием “Антиреформа” в интернет-журнале “Русский Переплёт” ( http://www.pereplet.ru/obrazovanie/reforma/ ), где выступили с открытым письмом министру образования против планируемых и уже теперь проводимых изменений ( http://www.pereplet.ru/text/soros.shtml ).
         Во многом противоположный “Русскому Переплёту” интернет-журнал “Русский журнал” также в большинстве статей своих экспертов и обозревателей, профессионалов образования выступает против ( http://www.russ.ru/ist_sovr/sumerki/ ).
         Против выступает известный математик академик РАН В.И. Арнольд. В “Известиях” опубликовано необыкновенно резкое письмо члена-корреспондента Российской академии образования А.М. Абрамова и М.Н. Грабиленкова. Очень содержательные статьи публикует в “Независимой газете” хороший геометр и автора учебников Ф. Шарыгин – он в строго математической манере показывает исключительно махинационный, даже лохотронный характер череды беспрерывных “реформ” и “модернизаций” в российском образовании.
         Против этого выступил бы, убеждён, покойный академик РАО В.В. Давыдов, организовавший летом 1997 года вокруг себя группу ученых и практиков образования, которым удалось в тот раз отстоять наше образование от первого нападения всё той же группы с Я. Кузьминовым во главе.
         А если кто и не выступает против публично, то в приватных разговорах однозначно критикует смысл и направленность этой затратной суеты.
         Также надо понимать, что симуляция могучей активности организована самой командой модернизаторов на высоком технологическом уровне, с прямым участием ведущих политтехнологов и имиджмейкеров страны. Во всех самых тиражных изданиях, на телевидении, везде революционеры, везде их безусловная поддержка и демонстрация правоты и величия. И одновременно почти полное оттирание из тиражных СМИ всех возможных оппонентов.
         Что на фоне полной захваченности СМИ “реформаторами” означают выстраданные, правильные, глубоко профессиональные протесты?
         Замечательный математик академик В. И. Арнольд, придя домой к компьютеру после очередного общения с “реформаторами”, пишет статью Подготовка новой культурной революции”, в которой задаёт резонный вопрос: “Мне трудно понять, почему наша страна все это терпит, доверяя руководство своей образовательной системой сторонникам такого мракобесия, и почему наш министр до сих пор не подал в отставку?..”. Да дело только в том, что эти острые вопросы академика не идут дальше интернет-журнала “Математическое образование: вчера, сегодня, завтра...” (декабрь 2001, - http://www.mccme.ru/edu/index.php?ikey=viarn_k_rev ).
         В другой аналитической записке академик предупреждает: “Это торжество мракобесия — удивительная черта нового тысячелетия, а для России — самоубийственная тенденция, которая приведёт к падению сначала интеллектуального и индустриального, а впоследствии — и довольно быстро — также и оборонного, и военного уровня страны” (В. И. Арнольд “Что ждёт школу в России?” Аналитическая записка. - декабрь 2001, http://www.mccme.ru/edu/index.php?ikey=viarn_analit ).
         Итоговый вывод академика Арнольда: “ …Подготавливается опасное преступление против традиционно высокого образовательного и культурного уровня России”.
         В чем же дело? Почему эти буквально крики – обращения в никуда?
         Дело, конечно, еще и в том, что для пируэтов этого современного коллективного Чичикова от образования существует объективная социальная база. Ректора и преподаватели достаточно большого количества вузов превратились сегодня в “эффективных менеджеров”. Прямо по Ленину – коммунисты научились торговать. Речь, разумеется, не идет обо всех вузах, но немало вузов, необходимо признать, так или иначе поражены поражены этой рыночной чумой.
         В целом получается, что в то время как сфера образования в разрухе, высшими чиновниками совместно с их серыми кардиналами и с опорой на слой “богатых” ректоров осуществляется грандиозная “мыльная опера”, симулирующая реформу-модернизацию-революцию образования ради исключительно внеобразовательных целей и задач.
         Вот как определяет ситуацию декан Экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, профессор Василий Петрович Колесов: “Трудно отделаться от ощущения, что реформа высшего образования, диктуемая заботой о сокращении взяток и репетиторства и сводимая, по сути, к единому тесту и "гифоизации", уводит от реальных и действительно назревших проблем высшего образования, облик которого сложился в 30-е годы прошлого века под задачи индустриализации и более поздние военно-геополитические устремления. Страна за последние полтора десятилетия изменилась и стала другой, общим вектором развития ее становятся постиндустриальные преобразования, а ей вместо продуманной реформы высшего образования предлагают в случайном наборе заимствованные у других и весьма экзотические рецепты” (Василий Колесов “ОБРАТНАЯ СТОРОНА ШКОЛЬНОЙ КОНКУРЕНЦИИ. Экономические доводы против ваучеризации образования”. - Опубликовано в “ Независимой газете ” от 08.06.2001 , http://life.ng.ru/education/2001-06-08/5_school.html ).
         В пылу этой симуляции и возникают бестолковые и не имеющие позитивного значения для восстановления и развития российского образования “идеи”, “прожекты” типа ЕГЭ (надеюсь, читатель понимает, что речь идёт о “едином государственном экзамене”, а не о родственнице Бабы Яги), ГИФО (государственных инвестиционных финансовых обязательствах – фактических ваучерах, см. исчерпывающую статью Г. Окороковой и И. Кликунова “За” и “против” введения “образовательный ваучеров” в систему высшего образования” в “Российском экономическом журнале” № 3 за 2002 год, а также подробный анализ в цитировавшейся выше статье профессора, декана экономического факультета МГУ В.П. Белоусова), о “разгрузке учащихся” “во имя их здоровья”, о компетенциях, о конкуренциях, и прочей ерунде.
         Все эти “меры” являются всего лишь той же самой концепцией коммерциализации образования, которая была предложена коллективом во главе с тем же Я. Кузьминовым в 1997 году. Но тогда поднялась вся образовательная общественность и на этих попытках сделать из “отсталого” образования “настоящий рынок” не было оставлено камня на камне.
         Сегодня мы имеем дело со вторым изданием той же концепции, но уже в условиях правильно организованного кланом “реформаторов” захвата власти в нескольких ведомствах Правительства РФ (в Минэкономразвитии, под крылом Г. Грефа, и в Минобразовании, где удалось полностью “перевербовать” министра В. Филиппова), в Госдуме в виде так называемого РОСРО (Российского совета развития образования) и в условиях полной поддержки кругом “теневых маршалов” в лице А. Чубайса и Е. Гайдара.
         В основе той, 1997 года, и этой политик клана вечных “реформаторов” лежит преследование исключительно внеобразовательных целей (упрощение массового образования в целом и экономия на нём, политическая инфильтрация крайних либеральных идей) смешанное с жутким непрофессионализмом “модернизаторов-реформаторов”, в основе которого дико бескультурное неразличение хозяйственно-торгового рынка 20-го века и образования как сферы социально-культурного развития, неразличение отдельных рыночных услуг, которые всегда составляют очень небольшую часть от основной деятельности, и реалий сферы образования 21 века.
         Последствия реализации этой политики абсолютно ясны: воспроизводство социально-имущественного расслоения, организация кастовой системы, когда касте неприкасаемых, париев, которые составят большую часть населения, будут скармливать примитивный “минимум образования”.

         Отношение подавляющего числа профессионалов образования и представителей образовательной общественности можно, чтобы закрыть эту тему, выразить эмоциональными словами молодого учёного из Санкт-Петербурга Елены Грековой: “Уважаемые представители власти! Образование и наука в России пока что кое-как держатся, несмотря на отсутствие денег, на унизительные условия, на наплевательское отношение власти, держатся на энтузиазме людей, которые не представляют без науки свою жизнь, которые хотят видеть нашу страну сильной, разумной, образованной. Вы не помогаете нам. Но, пожалуйста, хотя бы не разрушайте целенаправленно или по недомыслию то, что еще сохранилось!” (интернет-журнал “Русский Переплёт”, http://www.pereplet.ru/text/grecova.html ).
         При этом вся эта белиберда и прямое вредительство освящается бесконечными, по большей части недостоверными, ссылками на некий “мировой опыт”.
         Впрочем, определенный мировой опыт тут действительно есть.
         Выдающийся японский государственный деятель Ясухиро Накасонэ, бывший с 1982 по 1987 гг. премьер-министром Японии и 20 раз избиравшегося в японский Парламент, в своей книге “Государственная стратегия Японии в XXI веке” резко выступает против такого рода мирового опыта как отражающего, с его точки зрения, колониальную политику, возмущается - “Похоже, что реформаторы путают Японию с бывшими британскими колониями – Малайзией и Сингапуром!” (М., 2001, стр. 208) - и поддерживает следующее суждение общественного деятеля Нисибэ: “В сегодняшней школе крайне актуальны проблемы распада классных коллективов, снижение уровня знаний, а поэтому появляются призывы “снизить нагрузки”, кое-кто начинает настаивать на внедрении в образовательные процессы “принципы конкуренции” среди учащихся. Если же мы наконец осознаем, что главной причиной возникших проблем является полный развал системы образования, то вряд ли кому-нибудь придёт в голову составлять теории, базирующиеся на популярной концепции “интернационализации” (Там же, стр. 210 – 211).
         Еще раз напоминаю, что эта цитата не по поводу образовательных реформ в России, а в Японии. Но отражают они один “мировой опыт” - опыт создания колониальных загонов, гетто и резерваций, для второсортного - с их точки зрения - населения России и других стран.
         Вот что рассказывает Я. Накасонэ, который сам вместе со своей страной пережил реальный опыт поражения и прямой колонизации: “… Япония и Германия были вынуждены пойти по пути “самоотрицания”. Когда после войны в Японию с целью разработки Основного закона об образовании прибыла группа американских экспертов, к участию в дискуссиях с ними были привлечены учёные, стоявшие на позициях абстрактного идеализма, пацифизма, а также юристы и специалисты в области педагогики, являющиеся сторонниками идей Дьюи. Среди них не было ни одного историка, возможности высказаться были лишены были также специалисты в области культуры – сторонники сохранения национальных традиций. Это стало причиной ущербности действующего Основного закона и общей безоговорочной капитуляции в области образования.
         Далее, осуществлявшиеся штабом Макартура политические мероприятия стёрли из национального сознания нации такие понятия, как гуманность, долг, мудрость, вера, чувство вины за недостойное поведение. На смену им пришли английский утилитаризм, американский прагматизм и французский индивидуализм. Возобладала пораженческая идеология: “Лучше хлеб, чем оборона или образование”…” (Там же, стр. 207).
         Сегодня в России симуляция деятельности тоже оказывается, прежде всего, прикрытием курса на колониальное образование.
         Что ж, может и нам, России, признать своё поражение в Третьей “холодной” и Четвёртой мировой войне (см. мою работу “Как Россия сможет предотвратить Пятую мировую войну?” - http://www.p-rossii.ru/prmirder5th.shtml ).
         Может нам окончательно переписать советско-российскую школу по шаблону, к примеру, британских экспертов, которых возит по России советник В.Филиппова А. Пинский с лекциями про “компетентостный подход” как якобы самый передовой в мире? А ведь за этим подходом не стоит ничего нового, кроме особого акцента на умения из знаменитой триады ЗУН (знания, умения, навыки), поэтому принятие этого подхода низводит нашу школу до чего-то среднего между церковно-приходской школой и “ремеслухой”.
         Нет никаких сомнений, что курс Кузьминова-Филиппова является курсом на колониальное образование.
         Но признавать поражение пока рано. Тем более, что у нас есть пока еще очень хороший в своей основе Закон об образовании и осталось еще немало порядочных людей в образовании и рядом с ним.
          
          
         Кому, зачем и какое нужно образование

          
         Без ясного и убедительного ответа на вопросы о том, зачем нужно образование и кому именно и какое именно образование невозможна образовательная политика. Ведь образовательная политика и является определением того, какого человека и какое общество, какую государственность и какой мир созидает, образует сфера образования.
         Сегодня во всём мире наблюдается невиданное социально-имущественное расслоение. “Север” и “Юг” как символы развитости и дикости разводят между собой не только группы стран, но и разные слоями населения почти во всех странах мира.
         Даже в США устойчивое и благополучное население составляет не более 20 % от общего числа. А не менее 20 % являются крайне проблемным как с экономической, так и с социальной точки зрения.
         Видный английский государственный деятель ХIХ века Бенджамин Дизраэли так описывал подобный феномен: “Две нации, между которыми нет общения и нет симпатий. Они так же мало знают о привычках, мыслях и чувствах друг друга, как …жители разных планет. Они по разному воспитываются, по разному питаются, придерживаются разных обычаев, ими управляют не одни и те же законы. Богатые и Бедные”.
         Невиданно чудовищное расслоение на две нации внутри одной страны произошло в результате “реформ” и в России. Причём, богатство и бедность не являются уже единственными параметрами, речь идет о расслоении на противоположные статусности, престижности, которые наравне с финансово-имущественным неравенством делят население и детей на перспективных и неперспективных, Фактически, в одной стране сегодня одновременно существует две несообщающихся нации-касты, одна из которых объединяет отверженных и составляет не менее 70-ти процентов населения, а другая – 2 - 5 процентов. Эти две нации-касты и составляют социально-культурно-политическую “двухэтажную” Российскую Федерацию.
         В этой ситуации возможны всего два принципиально разных образования.
         Первое - колониальное, системно примитивизированное и пораженческое образование. Оно не просто направляется на закрепление возникшего расслоения, но и выступает орудием воспроизводства самого такого расслоения. Массовая система для “массы населения” в этом случае должна формировать некоторые низовые умения и навыки (по-модному “компетенции”), чтобы люди были элементарно социализированы (“законопослушными”) и могли осуществлять элементарный труд (хотя бы на своих 6-ти сотках). А для тех, кто имеет дополнительные финансовые и административные возможности, образование попросту не выстраивается, а предлагается в виде отдельных частных школ за границей и внутри страны. Будет тут создаваться еще и “третий” сектор – для одарённых детей, поскольку заграничным и туземным хозяев ам одарённость нужна для повышения рентабельности “человеческих ресурсов”, чего же не создать питомник для утилизации вне специально организуемых усилий нужных в данный момент талантов?
         Второе образование – новое российское образование. Оно является развитием, т.е. принципиальным усложнением сферы образования, и непременным воспроизводством (без него не бывает развития!) ключевых характеристик советского образования. Это образование должно – в плане развития и принципиального приращения к советской школе - вводить детей не только в качественные ЗУНы (знаменитые советские “знания, умения, навыки”), но и в высшие способности понимания, воображения, мышления, идеализации, моделирования, проблематизации и пр. как фундаментальное условие образования уважаемой в мире российской государственности и общества, российской личности каждого без исключения российского ребенка.
         Я утверждаю, что сегодня строится колониальное образование, поскольку все без исключения практические действия правительства и министерства образования являются прямой дорогой к закреплению системной деградации российского образования и превращению антинародного по существу образования в окончательную норму нашей жизни.
         Итогом этих действий и курса в целом уже сейчас стало фактическое превращение образования в систему воспроизводства не Всемирной Истории и Культуры, не российской тысячелетней традиции, а воспроизводства невиданного социально-имущественного расслоения страны, воспроизводства двух антагонистических каст: касты международных прохиндеев и компрадоров – и касты “человеческой массы” “низкого качества” - именно так по-гуманистически и по-научному изящно называет эту вторую группу населения начальник департамента социального развития Аппарата Правительства Российской Федерации Евгений Шлемович Гонтмахер.
         В февральской статье “Хватит ли у России “человеческого капитала?” (“Московские новости”, № 4, 29 января – 4 февраля 2002 г) второе сверху по чиновной иерархии лицо рассуждает: “Что с высокой долей вероятности произойдет уже через несколько лет? Ведь для обеспечения долгосрочного экономического роста потребуются трудовые ресурсы с вполне определенными качествами.
         Во-первых, их должно быть достаточно. Но демографические прогнозы говорят о том, что после кратковременного увеличения числа людей, входящих в трудоспособный возраст (эхо всплеска рождаемости 1946 - 1950 гг.), наступает очень глубокий спад, во-вторых, усугубляется перечисленными выше тенденциями в качестве "человеческого фактора".
         Конечно, теоретически рассуждая, можно ответить на этот вызов кардинальным повышением производительности труда. Но и здесь чудес, скорее всего, не случится. Скорость нарастания кризиса "человеческого фактора" значительно быстрее скорости обновления основных фондов нашей экономики.
         Но даже если инвестиции польются рекой уже завтра, то сразу же обнаружится, что на многие рабочие места не найти людей нужного образования (особенно профессионально-технического и управленческого) и состояния здоровья.
         Кроме того, настоящая структурная перестройка экономики, помноженная на ожидаемые эффекты от вступления в ВТО, сделает безработными, по моим оценкам, не менее 10 - 12 миллионов человек, занятых сейчас на нежизнеспособных и неконкурентоспособных предприятиях. Это абсолютно неизбежное и необходимое действие потребует от государства выделения значительных средств на адаптацию такой человеческой массы к новым реалиям. Это станет дополнительным фактором, препятствующим быстрому росту общественной производительности труда.
         Нужно отдавать себе отчет в том, что к концу первого десятилетия XXI века именно состояние "человеческого капитала" станет основным фактором, который определит: выживет ли Россия как государственное образование и останутся ли шансы сохраниться - в физическом понимании этого понятия - у российской нации?”
         Таким образом, Е. Гонтмахер делает однозначный вывод о том, что, во-первых, незачем инвестировать в повышение производительности труда и обновление основных фондов, т.е. в науку, образование и промышленность, которые и определяют производительность и фонды и, во-вторых, что “доброкачественные” человеческие ресурсы, раз своих нет, нужно привлекать со стороны, как из СНГ, так и из дальнего зарубежья: “И нам стоит рассмотреть вопрос о привлечении в Россию на постоянное место жительства и не русскоязычных. Так формировалось население США, Канады, Австралии, ряда стран Западной Европы. Речь не только о бывших республиках СССР. Нужно думать и о квотированном привлечении людей из таких регионов дальнего зарубежья, как Средний и Дальний Восток, Юго-Восточная Азия с одновременным ужесточением политики в отношении нелегальных мигрантов”.
         Для такой политики никакого нового российского образования как образования мирового уровня и качества попросту не нужно. В конце концов, завезём китайцев и таджиков.
         Спорить с Е. Гонтмахером и подобными ему организаторами “социального развития” нет смысла. Разве им докажешь, что Россия – не Америка, не Канада, не Австралия? Да и сами они по факту так и считают: ведь не говорят же они о том, что “квотированное привлечение” можно производить из США, Германии, Великобритании – а США и Канада формировалась как “плавильный котёл”, привлекая мировую интеллектуальную и профессиональную элиту. Атомную бомбу, ракеты и самолёты в США сделали не абстрактные “мигранты”, а самая передовая научная элита Германии, России, Великобритании.
         Отсюда, кстати, совершенно очевиден и стратегический проект нашей бессовестной и убогой “элиты”: окончательно утвердить Россию в качестве страны непервого мира.
         В итоге, мы имеем дело с плановиками, цель которых состоит в гуманном истреблении лишнего населения “низкого качества”.
         Так что же, вы думаете, для В.М.Филиппова, Я. Кузьминова, М. Дмитриева из Минэкономразвития – зам. Г. Грефа, А. Починка (Министр труда и социального развития!), которые в настоящее время, очевидно, составили единый госаппаратный клан по полному определению “социального развития”, нужно какое-то иное, чем убогое колониальное “образование”?
         Видно, для них люди и дети – огромная обуза, которая мешает их яростному стремлению встроить “отсталую” и “неразвитую” Россию в “мировую развитую цивилизацию”.
         Никакое действительно новое российское образование, которое не хуже, а лучше советского образования, этим господам не нужно.
         Ведь всех “встроить” у них не получится.
         А что нужно нам?
          
          
         Новое российское образование

          
         Новое российское образование должно строиться на признании советской школы в качестве того уровня, ниже которого новое российское образование и новая российская школа быть не должна.
         Именно от школы сегодня зависит то, какой тип поколенческого программирования мы будем осуществлять, какое реально поколение и какая реальная элита получится: поколение личностей или Generation ЭГОИСТ - напоминаю, что это интенсивно продвигаемый сегодня брэнд и толстенный массовый журнал, обозначающий, безусловно, направление определенного поколенческого и политического программирования.
         Образование нового российского поколения, которое восстановит Россию в качестве мировой державы и мировой личности такого нового поколения – вот та миссия, то призвание, в ответ на которые необходимо и возможно проектировать и строить новую российскую школу.
         И позволит это сделать последовательная реализация выдающегося и уникального завоевания советско-российской педагогики – деятельностного подхода.
         Деятельностный подход является буквально сквозным подходом, который пронизывает всю историю теории и практики российской педагогической мысли.
         Уже в середине 19-го века основателем педагогической антропологии К.Д. Ушинским была сформулирована идея свободной деятельности как основания образования: “… Свободная, излюбленная деятельность одна способна удовлетворить требованию души человеческой и дать ей тот мир, которого она так жадно ищет…”.
         В советское время глава Московского методологического кружка, автор идеи мыследеятельности и создатель метода ОДИ (организационно-деятельностной игры), главный автор и организатор написания книги “Педагогика и логика” Г.П. Щедровицкий и создатель теории и практики развивающего образования В.В. Давыдов, автор “Видов обобщения в обучении”, на разных основаниях заложили фундамент деятельностного подхода в образовании.
         На сегодняшний день в мире нет ничего технологически равномощного деятельностному подходу советско-российского производства.
         Реализация принципа личности средствами деятельностного подхода – таковой мне видится формула новой российской школы как системы и как единой сферы.
         Именно поэтому для меня новая российская школа – школа персонального образования. Школа персонального образования не может существовать в общественной системе и цивилизации, которые являются неличностными и невостребующими персонального образования. Отсюда важнейшая задача персонального образования – способствовать строительству персоналистской цивилизации (см. мою работу “Практика персонального образования”, опубликованную в интернет-журнале “Лучшая школа” - http://www.personaledu.narod.ru/ ).
         Только такая задача, с моей точки зрения, позволит российскому образованию не скатиться окончательно в новозастойное болото и не стать безысходно провинциальным, периферийным по отношению к мировому развитию.
         Вообще сегодняшняя жизнерадостная примитивизация и провинциализация российского образования не просто глупа и преступна, но еще и смешна.
         “Задрав штаны, бежать за комсомолом” (С.Есенин) ряда людей с невежественными лозунгами – разве это не смешно? Оказаться сапожниками без сапог в сфере образования в стране Ушинского и Давыдова – разве это не смешно?!
         Впрочем, это не смешно – это пошло .
         Российская школа должна стать такой же понятной всему миру и такой же прославленной по всему миру, как и советская школа. А не примитивизацией советской школы с добавлением модных элементов, не меняющих существа дела и с абсолютно неясной полезностью.
          
          
         Как образовывать личность?

          
         Не следует забывать, что понятие образования исходно в русском языке употреблялось с обязательным дополнением: образование чего? То есть необходимо термин “образование” понимать не ведомственно и не только в качестве общего понятия сферы, но и буквально: как делание по конкретному образу и подобию, как органичное и осмысленное нормирование. Именно так понимали образование и образовательность в конце 18 – начале 19 века, когда писали, в том числе и в государственных документах, в частности, в Указе Правительствующему сенату “Об устройстве народных училищ” от 24 января 1803 года, “нравственное образование”, “образование нравственности”, “образование ума”.
         Н.М. Карамзин писал в 1803 году в статье “О новом образовании народного просвещения в России”: “Новая великая эпоха начинается отныне в истории нравственного образования России, которое есть корень государственного величия и без которого самые блестящие царствования бывают только личною славою монархов, не Отечества, не народа…” (“ Вестник Европы”, 1803, № 5, с. 49 – 61, частично воспроизведена в сборнике “антология педагогической мысли России первой половины века”, М., Педагогика, 1987 г., с.63 – 65.).
         Личность на современном уровне теории и практики педагогики возможно целенаправленно образовывать исключительно через включение личности в общение с личностями в специально организуемых пространствах предъявления и манифестации своей личности каждой из сторон.
         Причем, речь идет не только о том, что сам учитель или специально приглашаемый для диалога с детьми человек должен в этом пространстве действовать как личность. Речь идет и о том, чтобы делать предметом образовательной работы детей и взрослых сами произведения духа, за которыми вскрывать и предъявлять авторские личности, непосредственных создателей этих произведений. Кстати, именно поэтому систематическая учебная работа с классическими произведениями и выдающимися открытиями отличает школу мирового уровня и качества образования от десятиразрядной местечковой школки.
         Образование личности может идти только на добровольной основе, при полном согласии со стороны родителей и самих детей. Принудительное образование личности невозможно по технологическим основаниям. Необходимы решимость и единство самосознания вступающих в образование личностей.
         На сегодня также уже примерно понятны те личностные силы или “органы”, выращивая которые возможно выстраивать каркас и фундамент, говоря по-современному, инфраструктуру личности. Это высшие способности или особые “органы” понимания, воображения, мышления, идеализации, позициирования и др.
         О необходимости чёткого выделения высших способностей, насколько нам известно, первым заявил Л.Н. Толстой в русле критики современной ему школы: “То странное психологическое состояние, которое я назову школьным состоянием души, которое мы все, к несчастью, так хорошо знаем, состоит в том, что все высшие способности – воображение, творчество, соображение – уступают место каким-то другим, полуживотным способностям – произносить звуки независимо от воображения, считать числа сряду: 1,2,3,4,5, воспринимать слова, не допуская воображению подставлять под них каки-нибудь образы; одним словом, способность подавлять в себе все высшие способности для развития только тех, которые совпадают со школьным состоянием, - страха, напряжения памяти и внимания. Всякий школьник до тех пор составляет диспарат в школе, пока он не попал в колею этого полуживотного состояния…” (“О народном образовании”, в книге “Л.Н. Толстой. Педагогические сочинения. – М., Педагогика, 1989, стр. 62).
         Именно через выращивание высших способностей появляются условия для образования личности. Именно в отношении освоения и выращивания высших способностей наиболее заметно отличие эгоистического индивида и личности.
         Именно высшие способности, а не убогие компетенции по-великобритански и должны составить принципиальное созидательное приращение к советской школе.
         То есть основа новой российской школы должна состоять в том, чтобы вводить детей не только в качественные ЗУНы (знаменитые советские “знания, умения, навыки”), но и в высшие способности понимания, воображения, мышления, идеализации, моделирования, проблематизации и пр. как фундаментальное условие образования российской личности, государственности, общества и мира.

         Но созидание, столь редкое сегодня, невозможно без образовательной логики.
          
          
         Образовательная логика против ликвидационной

          
         В чем только не обвиняли все эти последние годы советскую школу!
         Она и школа тоталитаризма, и единообразное чудище, и калечит детей и пр. и пр. Многократно и хлёстко критиковали и разрушали советскую школу - а что создали взамен? Ничего.
         Ломать не делать, душа не болит.
         Такую логику, которая строится на идее разрушения, простого слома как якобы прогресса, я предлагаю называть ликвидационной. Лучше всего она описывается следующим советом одного писателя-юмориста: если у вас болит голова – отрежьте её, и боли как ни бывало.
         Противостоит ей логика образовательная, когда предпринимаемые действия ведут к воспроизводству и развитию того, что есть.
         Последние годы безраздельно царствует ликвидационная логика.
         Приведу только несколько примеров.
         Вот, цитируемый нами выше Е. Гонтмахер рассуждает о двух главных целях “экономических реформ” - о структурной перестройке и о вступлении в ВТО: “Настоящая структурная перестройка экономики, помноженная на ожидаемые эффекты от вступления в ВТО, сделает безработными, по моим оценкам, не менее 10 - 12 миллионов человек, занятых сейчас на нежизнеспособных и неконкурентоспособных предприятиях. Это абсолютно неизбежное и необходимое действие”.
         Чувствуете: нужно стараться и много работать, нужно проводить не липовую, а “настоящую структурную перестройку”, чтобы в итоге сделать (от так прямо и пишет: “сделать”!) 10 - 12 млн. человек безработными. Вот прекрасный образчик ликвидационной логики – а о том, как сделать людей работными этого он не знает и знать не хочет. Ведь для этого необходимо пользоваться образовательной логикой, для которой нужны ум, совесть, честь, постоянное напряжение и гигантская ответственность. Вот тоже: зачем всё это, если подвиг можно сделать не на образовании новой работы, а на производстве безработных?
         И при этом ничего даже не говорится о том, а что положительного (хоть что-то!) получится в результате этой “настоящей структурной перестройки”...
         Совхозы и колхозы у нас сегодня не очень эффективно работают? Значит, надо их целенаправленно разрушать. В результате происходит резкая деградация деревень и почти все они становятся “неперспективными”, люди с села бегут, детей становится меньше и меньше, школы разрушаются, качество образования падает – значит, надо делать что?
         В соответствии с логикой ликвидационной надо потихоньку сельские школы закрывать, а детям дарить “Школьные автобусы”, которые будут их свозить в центральные усадьбы, а, через какое-то время, очевидно в районные центры, потом в областные столицы и т.п..
         Разумеется, в правительственных и ведомственных решениях нигде не пишут о курсе на ликвидацию сельской школы и об уничтожении величайшего достижения “нехорошей” советской власти, выразившемся в создании лучшей в мире сети школ. В документах пишется о “реструктуризации” и прочих мудрых процессах государственной важности в “транзитивную эпоху”.
         Упало качество образования в школе, профессионализм учительский стал невозможно низок – что ж, тогда надо - а ответь-ка читатель ты, что тогда надо?
         Правильно – если ты настоящий ликвидатор, то надо сокращать знания, снижать требования к образованию, сокращать часы на главные предметы. Это и есть центральная ключевая линия “модернизаций” и “реформ” министерства образования.
         Вот, к примеру, В. Филиппов, выступая недавно по радио, заявил в очередной раз, что, “по социологическим опросам около 40 % детей не любят “Литературу” как школьный предмет”. И далее сделал правильный, с ликвидационной точки зрения, вывод: поэтому надо сокращать количество часов по литературе и упрощать содержание литературы.
         Если отдельные читатели по инерции своего отсталого мышления вдруг решили, что в ответ на падение качества образования надо повышать профессионализм учителей и условия их жизни и работы, если эти отсталые читатели подумали, что если даже действительно столько много детей “не любят “Литературу” (хотя формулировка сама примитивная и недостойная для употребления министром образования), то надо строить долгосрочную политику по привлечению в школы более подготовленных учителей, для которых преподавание литературы является призванием – если и есть такие читатели, то они, скажем откровенно, пользуются сегодня уже странной и подозрительной образовательной логикой и плохо понимают великое завоевание логики ликвидационной.
         Вот что пишет по поводу этих 40 % (что за магическая цифирь? Она везде проходит красной нитью в “доказательствах” ликвидаторов российского образования) выдающийся деятель советской и российской культуры, директор Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН Николай Николаевич Скатов: ““ А вот как выглядит оправдывающее такое положение объяснение министра образования.
         “Опросили детей об их отношении к Достоевскому, Чехову. В вопроснике были позиции: “не знаю”, “не читал”, “не нравится” и т.д. 40 процентов опрошенных ответили по этим авторам: “Ненавижу!” Представляете?! Вот что получается, когда заставляют читать насильно”.
         Во-первых, есть и другая статистика, по которой литература все же остается любимым предметом, соответственно (по тому же самому), словесник – любимым учителем.
         Во-вторых, литература есть обязательный учебный предмет, а не развлекательное чтиво. Требующий усилий, напряжения и ответственности. Странно было бы настаивать на отмене, например, математики только потому, что, скажем, пятьдесят или более процентов учеников ее “ненавидят”. А допросите-ка студентов-“технарей” об их отношении к сопромату. Очевидно, о “ненависти” к нему заявит абсолютное большинство. Так, может быть, отменить этот предмет, чтобы не насиловать обучающееся юношество?..” (ПОД НОГАМИ ВСЕМИРНОЙ КОЛОННЫ? Трагедия утраты национального самосознания у самого непокорного на Земле народа. – в “Литературная газета”, №11 (5871), 20 марта - 26 марта 2002 г. - http://www.lgz.ru/archives/html_arch/lg112002/Polosy/art3_1.htm ).
         Здесь просто необходимо полностью привести регалии бессменного на протяжении последних тридцати лет директора Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН: Доктор филологических наук. Член президиума Санкт-Петербургского научного центра РАН, член экспертного совета ВАК РФ. Главный редактор журнала “Русская литература”. Кавалер орденов Почета и московского князя Даниила. Награжден медалями “За трудовое отличие”, Пушкинской и В.И. Даля. Автор более 200 научных трудов, 17 книг.
         Сверхзадача “реформ”, “модернизаций” и иных “реструктуризаций”, которые из года в год, из месяца в месяц добивают и уничтожают российское образование и школу – в ликвидации образовательной логики и образовательного культурного усилия.
         Сокращать, реструктуризировать, экономить на сокращении и реструктуризации за счет сферы образования – вот любимое занятие министра образования В. Филиппова.
         Несколько раз он заявлял в интервью, что только 60 – 70 % выпускников вузов устраиваются на работу по непосредственной специальности и далее, на полном “серьёзе”, делал безупречно логический, с его ликвидационной точки зрения, вывод.
         Как вы думаете – какой? Правильно: нужно сокращать эти специальности, по которым выпускники сегодня не устраиваются.
         И в этом мысль величайшего государственного деятеля наших дней. Раз сегодня не нужны специалисты по авиации и космосу, к примеру, а банщики и массажистки в фаворе, да и на экспорт хорошо “идут”, так, понятно, надо закрывать все эти “невостребованные” специальности и студентов вместе с ними, бледных на фоне столь востребованных массажисток.
         Впрочем, антиобразовательная логика министра образования не является исключением. Время сейчас такое.
         Те же реформаторы “орфографии русского языка” из РАН также в основу своей “реформы” кладут ликвидационную логику: раз стали делать больше ошибок, то надо резко упростить правописание, эти самые ошибки собственно и перевести в сами нормы и правила.
         И ни одному из этих киллеров правописания и в голову даже не приходит то, что, к примеру, с ходу увидел очень авангардный и более чем раскрепощенный современный писатель В. Сорокин: “Языку учить надо, а не упрощать его” (“Коммерсантъ”, 01.09.2000). Учительница Л.М. Котляр из Санкт-Петербурга (“Известия”, 26.10.2000) также демонстрирует свою архаичную образовательную логику: “Очень характерна попытка не улучшить обучение, а упростить правила – говори как вздумается…”.
         Но академик В. Костомаров, выступающий для этой “реформы” в функции поддержки и “крыши” блестяще срамит носителей образовательной логики: “Когда ошибка становится массовой, она перестает быть ошибкой и превращается в новое правило” (Интервью В. Молодцовой с В.Г. Костомаровым “Русский язык ушел вперед, а его костюм сшит по моде пятидесятых”, “Российская газета”, 13.02.2001, стр.3.).
         Чувствуете величие ликвидационной логики и свойственного ей восторга. Ведь какова мощь, какая перспектива. К примеру, если у нас еще случится несколько чернобылей (не дай Бог!) в результате повторения ошибок Чернобыля первого, то волноваться не надо, по академику РАН Костомарову, а, главное, в соответствии с победившей ликвидационной логикой, надо быстрее превратить взрыв энергоблоков на ядерных станциях “превратить в новое правило”.
         Что же спрашивать с нашего бедного министра какого-то там образования. Вместо того, чтобы, к примеру, противостоять А. Чубайсу, который в наглую заявляет по телевизору, что необходимо всё до копейки отдавать за электричество, потому что энергетики должны получать “нормальные зарплаты”, министр образования беззаветно ликвидирует сельские школы, литературу, высококвалифицированные, но “невостребованные” специальности в вузах и техникумах, традиции дореволюционной российской и советской школы школой, бесплатность образования и пр.
         Страшный пример того, когда ликвидационная логика побеждает образовательную, состоит также и в том, как наше правительство и министерство образования предполагают встретить ожидающееся резкое сокращение детей школьного и вузовского возраста.
         Предполагается закрытие школ и сокращение учителей. Мол, зачем нам столько учителей и ученических мест, классов, если количество детей уменьшается.
         Это пример ликвидационной логики, который безусловно, должен, войти во все учебники и, одновременно, убежден, в виде искового заявления в Конституционный суд.
         Давайте немного вдумаемся.
         То, что за этой так называемой демографической “ямой”, последует достоверный подъём и, если страна всё-таки решится жить, даже и “холм”, и, соответственно, то, что для тех детей нужны будут классы, учителя, ученические места и школьные здания – это одно дело. Даже только по этой причине любые ликвидации и сокращения являются, очень мягко выражаясь, непродуманными. Закрыть школу легко – в минуту делается, а вот открыть новую школу – совсем другое дело.
         Но за этими планами стоит и элементарный расчет сэкономить на образовании и его качестве.
         На наших отцах и дедах мы уже здорово сэкономили - назвав их “бюджетной нагрузкой”, “бременем бездефицитного бюджета”, обобрав их сберкнижки, бросив их, предав, организованно, как в лучших нацистских лагерях смерти, отправив их с большим опережением помирать.
         Теперь “стратеги”, модернизаторы и прочие революционеры от имени страны и всего населения собираются сэкономить впрямую уже на детях.
         Вместо того, чтобы, в рамках образовательной логики, обрадоваться возникшей возможности капитально повысить качество образования через серьезное снижение нагрузки учителя до приличных 15 – 20 часов, высшие чиновники как последние двоечники радуются возможности “сэкономить” и представляют свои ликвидационные планы в качестве выдающегося достижения и эффективности собственного управления.
         … Надо ясно понимать, что если ликвидационной логике не противопоставить логику образовательную, если курсу на колониальное образование не противопоставить курс на новое российское образование, которое безусловно лучше советского и дореволюционного российского – то на достойном будущем и перспективе большинства российских детей можно ставить жирный крест.
          
          
         Образовательные права личности

          
         Но справедливо спросят: а возможно ли сегодня новое российское образование, которое не только не хуже советского, но и на порядок лучше, реально ли и как каждого без исключения российского ребёнка ввести в высшие способности? Как же должно выглядеть это подлинно новое российское образование, сколько же оно будет стоить?
         С моей точки зрения, это и возможно, и жизненно необходимо. Иначе мы потеряем страну, нашу Россию, и потеряем реальное счастье наших детей и внуков, которые в мире будут чувствовать себя всё большими и большими изгоями, людьми второго сорта, париями, которых предали и бросили их же собственные отцы и деды.
         Но, чтобы пойти по линии создания нового российского образования как развития и принципиального усложнения, “повышения” советского образования, необходимо кардинально поменять ту отправную точку, с которой начинается настоящее образование 21 века.
         Нужен социально-культурно-исторический проект общества, в котором мы хотим жить.
         Такой отправной точкой и принципом нового российского общества является представление о том, что у каждого без исключения человека есть его личность и сфера образования предназначена для организации наилучшего образования этой личности – т.е. проявления личности, приобретения ею формы, усиления её действенности и устойчивости.
         С этой точки зрения, любая личность, наличная в том или ином, очень скрытом или достаточно явленном виде у каждого человека с момента его зачатия и рождения, имеет неотчуждаемое фундаментальное право на своё образование. Такое право я предлагаю называть образовательным правом личности.
         Если это образовательное право личности и, соответственно, каждого человека как носителя личности, считать принципом организации общественной жизни в России, то идеальная конституция страны должна будет начинаться с примерно следующего положения: “Каждый без исключения человек рождается как носитель личности и её наивысшее образование является фундаментальной совместной задачей самого данного человека, его семьи и родных, общества, государственности, мира и человечества в целом”.
         Общество, построенное на образовательном праве личности, следует считать образовательным обществом.
         Предлагаемое мною представление о личности является достаточно необычным, поскольку, с одной стороны, воспроизводит православную идею личности как того, что движем миром и жизнью, поскольку сам Бог является личностью и созданность человека по Его образу и подобию определяется тем, что личность человека является непосредственным, как формулировали некоторые отцы Церкви, “кусочком Бога”.
         Это очень сложное и, согласен, очень спорное представление достаточно подробно разобрано мною в работе “Практика персонального образования” (опубликована в интернет-журнале “Лучшая школа” - http://www.personaledu.narod.ru/ ), в которой я попытался обрисовать новую практику образования, основанную на принципе личности.
         С другой стороны, эта концентрация общества и образования на личности и её образовательных правах является прямым продолжением главной идеи советской школы о необходимости “формирования всесторонней и гармонически развитой личности”. А с правовой точки зрения, очень близок к этой идее интересный проект Закона “Об обеспечении конституционных прав граждан на общее образование”, который был предложен в начале 2001 года “Яблоком”.
         … Личность это то, что в состоянии творить развитого человека по образу и подобию Бога, создавать семью, государственность, общество и мир в целом, человечество.
         И это творчество личности обеспечивается высшими способностями понимания, мышления, воображения, идеализации, проблематизации.
         Отсюда основой новой российской школы должна стать доктринальная идея: образование является средством развития человека, общества и государства как фундаментальное условие образования российской личности, государственности, общества и мира – причём личности каждого без исключения российского гражданина.
         Эта идея не является совершенно новой. В последнем серьёзном документе, действительно посвященном развитию российского образования, в “Концепции развития образования” 1988 года, созданной в рамках ВНИКа “Школа” Госкомитета СССР по образованию всеми лучшими теоретиками и практиками советского образования под рук. Э.Д. Днепрова содержался предложенный В.В. Давыдовым и Ю.В. Громыко ключевой тезис о новом “образовании как развитии личности, общества и государства”.
         Если мы поставим в центр нового российского образования идею образовательного права личности каждого без исключения российского ребёнка и гражданина, то это также станет принципиально новым социально-политическим подходом к общественному развитию и обозначение принципиально новой цивилизации и формации, построенной на принципе личности.
         При этом надо иметь в виду, что принятие в качестве центральной образовательно-политической категории прав личности окажется прямой оппозицией и альтернативой идее прав человека (human rights ), которая была превращена в штурмовое орудие глобализации и построения США мировой империи в период президентства Дж. Картера и затем многократно использовалась в ходе “гуманитарных вмешательств” США и НАТО, в частности, во время агрессии против Югославии в 1999 году.
          
          
         Где взять деньги на реализацию образовательных прав личности каждого человека в России

          
         В самом деле, где взять денег на такие “фантазии”, когда ведь, всем известно, что: “Денег нет”!
         Ежедневные на протяжении последних десяти лет сетования на отсутствие денег принуждают к тому, чтобы ответить словами Кота Матроскина из известного мультфильма: “Не денег у вас нет, а ума!”.
         А у большинства представителей “элиты” еще нет и совести.
         Вообще, наша элита представляет набор крайне специфических существ. Они всё время талдычат, что нет денег, но ничего не делают для того, чтобы они появились. С другой стороны, они ежегодно проедают кредиты Мирового банка - так же успешно, как до этого кредиты ВМФ. С третьей стороны, последние три года выросли цены на нефть и появилось множество дополнительной валюты. С четвертой стороны, они все сидят и ждут двух невозможных вещей: появления заметных иностранных инвестиций в реальное и современное производство и экономического роста самого по себе, без опережающих капитальных вложений в человека, в образование.
         Эти люди, будучи все как один экономистами, видно, уже никогда не сумеют понять, что всегда и везде нелиповый экономический рост является функцией и прямым следствием повышения образованности и достоинства населения, его личностного потенциала.
         А странные существа сначала ждут в разрушенной и униженной стране экономического роста в течение многих лет, а вот потом (“когда накопим”!) они собираются, возможно, вкладывать в образование и в человека.
         Таким образово-показательным существом (хотя и не экономистом, правда) является, в частности, Анатолий Пинский, который ещё в 1998-м году восторгался: “Днями Москву посетил Вацлав Клаус, отец самой успешной рыночной реформы в Европе, премьер Чехии в 1993-97 годах. Он сказал: “Социальная политика? Это России не по карману. Начинать экономические реформы с социальной политики – все равно что запрягать лошадь с хвоста. Никто в мире не даст ни цента на проведение социальной политики, да это и опасно. Ибо это может означать конец демократических реформ”. Представитель существенно иных политических традиций, Аугусто Пиночет, буквально в те же дни давший интервью нашему “Коммерсанту”, выразился в другой терминологии, но удивительным образом о том же самом: “У вас в России многие привыкли жить на халяву: получать деньги, не особо напрягаясь, бесплатные квартиры, бесплатную медпомощь, бесплатное образование и т.д. Но это – остатки тоталитарной системы. Вам нужно менять менталитет”.
         И все эти ждущие вместе у моря экономического роста чуть что через слово ссылаются на некий “мировой опыт”.
         “Народ Тайваня всегда придавал первостепенное значение образованию. Одна из статей прежней Конституции гласила, что расходы на образование, науку и культуру должны быть не менее 15 % от общего бюджета Центрального правительства.
         … Несмотря на аннулирование 15%-ной нормы, фактические ежегодные бюджетные ассигнования, направляемые на образование и культуру, намного превышают эту цифру”, - писал в 1999 году Президент Тайваня Ли Дэнхуэй в своей книге “Позиция Тайваня” в главе под символическим названием “Образование прокладывает путь в будущее”
         Вот он – подлинный мировой опыт, достойный подражания. Поэтому если мы будем слушать нашу фиктивную элиту, которая не знает, что такое позиция России, то окончательно потеряем образование и страну.
         Сегодня в Российской Федерации расходы на образование составляют не более 4,1 % от общего бюджета и не более 3 % от ВВП. Но необходимо при этом учесть, что соотношение бюджета и общего – фактически, теневого – оборота средств составляет в Российской Федерации не менее 50 %, т.е. реальный процент расходов на образование, который хоть как-то можно сопоставлять с бюджетной бухгалтерией Тайваня – не более 2 %.
         Я уверен, что и эта цифра завышена, поскольку весь федеральный бюджет в России несопоставимо мал по своим размерам с размерами других стран мира, поэтому официальные бюджетные средства нельзя брать в качестве твёрдого основания.
         Впрочем, надо быть справедливым, 2 % это всё же не ниже чем в Африке, хотя, правда, уже несколько ниже Латинской Америки.
         Денег в стране – в избытке. Именно поэтому за последние семь лет по самым скромным подсчётам из России вывезено не менее 150 млрд. долларов. Поэтому вопрос не в количестве денег, а в том, кому они реально принадлежат и куда они направляются, во что инвестируются.
         Но даже если на время абстрагироваться от того, сколько на самом деле денег в стране и сколько их должно быть, нельзя не поражаться крайней неравномерности распределения даже открытых средств и публичного утверждения вроде бы справедливости такого неравенства.
         Помню, года два назад я поразился тому, как наш главный электрик А.Б. Чубайс по главному телеканалу страны в открытую, с пафосом и напором заявил: мы, мол, отключаем электричество за неуплату, поскольку наши энергетики не должны страдать от наглости потребителей электричества. И дальше он, войдя в раж, с нахрапом и неподдельным возмущением в голосе вопросил: “Что у меня люди должны получать зарплату на 20 – 30 процентов меньше от положенной?!”.
         Средняя реальная зарплата электриков сегодня как минимум в пять раз больше, чем у работников сферы образования. Такая чудовищная межотраслевая диспропорция! То же самое касается и врачей, других реально работающих бюджетников. Но Чубайс даже не задумывается об этом и в открытую отстаивает право электриков жить намного лучше педагогов.
         Это что такое? Получается, что образовывать и “выращивать” личность, фундаментальную основу богатства и труда страны, качества жизни в стране – это в пять и более раз менее квалифицированная и важная для страны работа?
         Но мало этого, сейчас развёрнута агрессивная кампания, в которой изощренно проталкивается реформа электрической системы России, основной смысл которой фактически сводится к приватизации всеобщего энергетического достояния страны небольшой кучкой более чем подозрительных господ, переместившихся с госаппаратных постов 90-х годов на посты электроэнергетики.
         Остриё этой бессовестной кампании состоит в том, чтобы обосновать и сделать легальной, разрешённой и даже всеми принятой, передачу части собственности РАО “ЕЭС” руководству РАО “ЕЭС”.
         Послушайте какие шикарные доводы приводятся.
         Но сначала о том, откуда возник вопрос.
         “В РАО “ЕЭС” не скрывают, что изучали как сложившийся в России рынок труда, так и уровень доходов топ-менеджеров в западных компаниях, сопоставимых по масштабам. И ориентируются не на российские заработки, а на западные, с “сопоставимым уровнем ответственности”.
         По данным компании Ernst & Young, базовая ставка зарплаты генерального директора или председателя правления компании средней величины в России на сегодня составляет 96 тыс. долларов. Но реально, с учётом всех бонусов, льгот и привелегий, топ-менеджер получает более 177 тыс. долларов в год. Есть и другие более высокие оценки.
         … Необходимость стимулирования руководящего состава – как самого РАО, так и дочерних обществ – в холдинге объясняют просто: “В период реформирования предстоят крупные сделки с активами… И менеджмент должен работать на компанию, а не против неё”.
         А вот что говорит член правления РАО “ЕЭС России”, фактическая правая рука Чубайса, Андрей Трапезников: “Мы стали предъявлять повышенные требования к топ-менеджерам, берём только квалифицированных специалистов, причём тех, кто уже состоялся в бизнесе, получил дорогостоящее образование. Для них должна быть адекватная материальная компенсация труда… Опцион [ т.е. передача части акций РАО в личную собственность менеджеров ] - это цивилизованный вид мотивации, который стимулирует менеджмент к эффективной работе…”
         Поясняя небольшой официальный размер месячной заработной платы генерального директора дочерних компаний РАО (якобы 17 тыс. рублей), Трапезников с возмущением и обидой жалуется: “Наши акционеры и аналитики тыкали пальцами, говорили, что это заповедник социализма. Такое положение любого генерального директора автоматически ставит под подозрение, поскольку за такие деньги квалифицированный менеджер работать не будет” (“Газета”, 5 июня 2002).
         Вот так. Для тех, кто разрушил страну, построен капитализм в отдельно взятых правлениях и АО. А для образования даже и “заповедника социализма” не предполагается. Ясное дело, не заработали. Да и, видно, “массы населения” тут, по Е. Гонтмахеру, “низкого качества”, квалификация не хватает…
         Если бы я прочитал эти речи лет пятнадцать назад, то у меня была бы стопроцентная уверенность, что это статья выходит под рубриков “Из зала суда”. Но это во мне, конечно, действует инерционность советского мышления. Сейчас такие речи в разграбленной мародёрами стране публикуют перед тем, как протащить решение “об адекватной материальной компенсации труда” топ-менеджеров (или, как говорит одна знакомая старушка, “меринджеров, сынок и бройлеров” - то бишь брокеров).
         Директор отличной московской школы получает в год самое большое – 2 - 3 тыс. долларов. Директор сельской школы – еще меньше. Рядовой же директор правления РАО “ЕЭС России” - не менее 150 тыс. долларов, а Трапезников явно и больше (надо понимать, что реальные цифры охраняются тут строже любой гостайны).
         Поскольку РАО является компанией с полным государственным контролем, т.е. государевой компанией, то, получается, что государство того же Трапезникова и его труд ценит как минимум в 50 – 70 раз больше, чем труд директора школы. А с опционом – и во все 100 – 200 раз.
         И, правда, в такой ситуации, откуда же в стране взять денег на развитие образования?
         Никаких изменений в пропорции реальных доходов не произойдёт, пока государство как госаппарат РФ продолжает оставаться почти что “бандитским” для внутреннего и внешнего пользования.
         Да, сегодня госаппарат, узурпирующий право быть государством в целом и якобы определять российскую государственность, является бандитским. И Запад, “мировая развитая цивилизация” терпит наличие такого приватизированного бандитского государства, поскольку это оказывается своего рода платой за лояльность и недопущение восстановления нашей страны. Это и есть в чистом виде современная схема компрадорского государства и компрадорского слоя.
         Кормится Запад, в который Россия инвестирует неимоверно огромные деньги, как вывозя “доходы”, так и отдавая разграбленные нашими “меринджерами” совместно с западными “коллегами” долги. Не менее 150 - 200 млрд. долларов за последние десять лет вывезено в разных формах за рубеж и продолжает вывозиться, а наши теперь “промышленники” (поскольку их приютил в Российском союзе промышленников и предпринимателей А. Вольский) и дальше в открытую добиваются от Президента РФ предоставление государственных гарантий по абсолютно неконтролируемому вывозу капитала из страны.
         Огромное количество ученых и выпускников вузов, которые получили образование за счёт СССР, нас с Вами, уезжают из страны и Россия, по точному выражению Жореса Алфёрова становится “образовательным придатком”.
         Мировой банк даёт всё новые и новые займы, которые высококвалифицированное “проедаются” - а отдавать их нашим детям, это тоже огромные деньги.
         Так что деньги в стране есть. Мы даже Запад кормим (к примеру, не менее 40 – 50 % по западным кредитам уходит на оклады западных же советников).
         Но эти деньги – не для реализации образовательных прав личности, а для мотивации несчастных российских и западных топ-менеджеров.
         Причем, все главные организаторы целенаправленного разрушения и ограбления страны за последние десять лет (Е. Гайдар, Е. Ясин и пр.) сидят в одном месте – в Государственном университете - Высшей школе экономики, ректором которого является Я.И. Кузьминов.
         Отсюда высшим лицемерием являются появившиеся в последнее время заявления того же Я. Кузьминова о необходимости повышения зарплаты учителям, а также популистски правильная “песня” о необходимости увеличения расходов на образование – вообще.
         Те, кто обобрал страну и уничтожил её выдающийся средний класс с основой в учителях, врачах, высококвалифицированных рабочих, ученых и инженерах, те, кто разгромил народное образование и его несопоставимо лучшую в мире советскую школу, те, кого само слово “народное” приводит в бешенство, те, кто, разгромив советское и развалив страну и образование, не сумели абсолютно ничего построить, создать, сделать – эти авторитеты в лице Кузьминова и Ко льют сегодня крокодиловы слёзы по поводу горькой судьбы учителя.
         Не надо жалеть образование и сетовать на низкие оклады учителей. Образование не побирушка на паперти – это главная сфера восстановления и развития страны. Поэтому необходимо не клянчить, а требовать колоссального перераспределения ныне воруемых средств в пользу образования.
         Есть и еще одно очень важное обстоятельство. В условиях, когда без конца говорят о нехватке денег, никто не предлагает неденежные активы, недвижимость. Сегодня необходимо поставить вопрос о передаче в вечное пользование (или в аренду на 49 или 99 лет) всем образовательным организациям зданий и земли вокруг зданий, а также дополнительной земли – особенно это касается сельских школ.
         Хотелось бы обратить внимание, что в ситуации “ползучей” незаконной и готовящейся законной приватизации земли образованию опять ничего не достанется.
         А вот Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, по сообщению агентства РИА “Новости”, предлагает закрепить за монастырями право собственности на обрабатываемые ими земли: “Нам предстоит работать над тем, чтобы в новом Земельном кодексе были учтены запросы Церкви и ее монастырей”, - заявил Патриарх во вторник на открытии выставки “Монастырская экономика в прошлом и настоящем”. Алексий II отметил, что “для хозяйственной деятельности общежитийные монастыри имеют право владения землей, которую они обрабатывают, выращивая продукты питания для монахов, паломников и людей, которым плохо живется”. По его мнению, территория при храмах должна быть юридически закреплена за приходами. Патриарх выразил удовлетворенность поправками о налогообложении религиозных организаций, внесенными в Налоговый кодекс РФ. "Церковь не могла бы сегодня восстанавливать монастыри и храмы, осуществлять социальное служение, участвовать в воспитании и образовании, если бы каждое пожертвование облагалось налогом”, - сказал Алексий II” ( LENTA.RU: В РОССИИ: 13.06.2002, . http://lenta.ru/russia/2002/06/11/cloisters/ ).
         Вот прекрасный пример, заслуживающий всяческого повторения со стороны сферы образования. При этом, повторю, сфера образования является безусловным приоритетом, поэтому её реальное финансирование, хозяйственная автономия, земельные наделы и иная недвижимость, освобождение от всех видов налогов – должны стать не меньшими, чем просит для монастырей Патриарх.
         Новое российское образование и есть по своему значению сфера новых монастырей страны.
          
          
         Образовательный манифест

          
         Если в стране еще остались силы на то, чтобы не “сдавать” национальное образование, то необходимо сегодня отбросить все бессмысленные или чаще просто вредные нововведения последних трёх лет (так называемую “модернизацию”) и приступать к строительству нового российского образования как образования мирового уровня и для России как мировой державы.
         Очевиден каркас нового российского образования и новой российской школы. Цель – наивысшая реализация образовательных прав личности каждого гражданина. В основе новой российской школы - принцип личности и выращивание высших способностей.
         Очевидны также ключевые пункты строительства нового российского образования:


               
    1. Определить в качестве доктринальной задачи страны и сферы образования достижение к 2015 году лучшего в мире образования для каждого российского ребенка.


               

    2. Определения каждого российского ребёнка в целях реализации фундаментального и неотчуждаемого образовательного права его личности под опёку государства на основании механизма персонального образовательного патроната. Восстановление прямых государственных обязательств за образование каждого российского ребенка мирового уровня и качества - восстановление системы всеобщего обучения, даже всеобщего образования (“всеобраза”, “всеобразования”).


               

    3. К 2005 году обеспечить всеобщее высшее образование с 6 до 22 лет, а к 2010 году всеобщее высшее образование с 3 до 22 лет.


               

    4. Довести к 2005 году общие расходы на образование до 10 % внутреннего валового продукта и повысить заработную плату педагогам всех типов до 7 тыс. рублей на основе введения федерального двухпроцентного образовательного налога, образовательного фонда с экономической ренты (природные ресурсы) и принцип образовательной ренты (платы за образованные трудовые и социальные ресурсы), а также введения полной образовательной автономии, когда любые затраты на образование полностью исключаются из налогообложения и иных фискальных действий.


               

    5. Кардинально повысить статус сферы образования и создать принципиально новое министерство образования, объединяющего науку, образование как таковое с организацией опережающего промышленного развития. Подчинить подобное министерство будущего непосредственно Президенту Российской Федерации как “силовое”.


          
         Эти пять стратегических задач и механизмы их реализации должны быть закреплены в Образовательном кодексе России. Вот моя позиция.
         Нам нужно полностью воспроизвести советскую школу – т.е. сделать новую российскую школу ничуть не хуже выдающейся, имеющей всемирно-историческое значение советской школы. Но вдобавок к этому воспроизведению (уже самому по себе крайне сложной ныне задаче) нам необходимо, если мы искренно желаем нашим детям и внукам достойной жизни в России, еще и создать в несколько раз лучшую российскую школу.
         Единственный путь противостоять деградации – это проектировать и на практике создавать в ближайшие десять – двадцать лет лучшую в мире российскую школу, пытаться выигрывать как страна именно на образовании.
         Разумеется, при этом почти все сегодняшние реформаторы и модернизаторы должны быть в целях национальной безопасности и обеспечения будущего страны изолированы от образования. Иначе ничего не будет – кроме всемирного срама и недоброй памяти новых поколений.
          
          
         Нужны ли стране гении?

          
         Проблема образовательных прав личности в наиболее явном виде связана с отношением общества и государства к выдающимся личностям.
         Для меня, к примеру, абсолютно ясно, что в мировом образовании только традиция В.В. Давыдова имеет реальное и великое будущее. Кто бы что бы ни говорил, как бы не навредила этой традиции поспешная массовая реализация отдельных методик развивающего обучения “Эльконина-Давыдова”, но 21 век все образователи мира с утра до вечера будут заниматься изучением и реализацией наследия Василия Васильевича. Если Выготского называют “Моцартом психологии”, то Давыдов – это Пушкин образования.
         В основе мирового образования 21 века будет лежать давыдовская идея содержательного обобщения как основа введения ребенка в высшие способности, прежде всего, в воображение в дошкольном возрасте, в мышление и понимание в начальной школе, в проблематизацию и позиционирование в старшей школе.
         В максимальной степени эту традицию, усиленную традицией другого нашего русского гения - Г.П. Щедровицкого, сегодня представляет доктор психологических наук Ю.В. Громыко. Он является единственным на сегодня человеком, который еще в конце 80-х годов, когда все ринулись либо защищать существующую практику образования (честь и хвала этим стойким и достойным людям), либо осваивать существующий зарубежный опыт (и этим людям огромное спасибо), “пошёл другим путём”, выдвинул в рамках тогда еще Академии педагогических наук (АПН) научно-исследовательский проект “Деятельностное содержание образования”, создал уникальный междисциплинарный коллектив и экспериментальную площадку “Проектный колледж”, создал к настоящему времени базовые технологии под это принципиально новое и единственно перспективное содержание образования.
         То, что российский “политический класс”, “элита” и российская “образовательная элита” не имеют достаточного мужества и великодушия признать этот бесспорный приоритет Ю.В. Громыко – это и есть тот “момент истины”, который, с одной стороны, представляет реальное лицо сегодняшней элиты как “класса” по преимуществу мелочных и недалёких людей, а, с другой стороны, делает для этой элиты в нашей стране естественным курс на колониальное образование и противоестественным курс на мощную национальную школу, на новое российское образование как лучшее в мире.
         Ситуация проста, до неприличия проста. В стране рядом с нами живёт выдающийся человек, лучший ученик В.В. Давыдова и Г.П. Щедровицкого, который является на сегодня единственным, кто действительно в состоянии организовать так необходимые стране прорывные разработки в области развития национального образования.
         У него есть один существенный недостаток. Он – наш современник. А, по мнению многих, необычное и выдающееся из ряда вон нельзя потрогать руками, послушать на лекции или по телевизору. О таком возможно лишь читать в книжках о давно прошедших временах.
         … Ситуация России и нас, для которых это наша, родная и любимая, неэта страна, - эта ситуация очень понятна и проста.
         Её прекрасно выразил в своём выступлении перед хозяйственным активом ровно за десять лет до начала Великой Отечественной войны И.В. Сталин: “Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут” (И.В. Сталин. “О задачах хозяйственников”. Речь на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности. 4 февраля 1931 г, - “Правда” № 35, 5 февраля 1931 г.)?..
         Подобная же ситуация возникла и сразу же после войны – когда США произвели ядерную бомбардировку Хиросимы и Нагасаки, а нам пришлось в разрушенной войной стране в кратчайшие сроки создавать свою советскую атомную бомбу.
         Мы сегодня либо очнёмся от наваждения, оглядимся вокруг, выгоним взашей проходимцев и шарамыжников, воров и бездельников и начнём вкалывать как единый народ и единая страна – либо мы коллективно и по одиночке предадим страну с тысячелетней историей и оставим нашим потомкам на 1/6 части суши всемирную помойку.
         Либо мы построим лучшую в мире школу для каждого без исключения российского ребенка от 0 до 22 лет – либо мы перестанем быть интересными для истории.
          
          
         Необходим новый атомный проект

          
         Если бы кто-нибудь в 43 году в газете “Правда” напечатал статью на тему о том, что грядёт новое оружие, основанное на решении “ядерного вопроса” никто бы попросту не поверил, не отличил эти разговоры от фантастических романов Беляева и Грина. И, как мы знаем, только исключительные усилия буквально нескольких человек в СССР (Флёрова, Сталина и Берии) привели к тому, что “урановый вопрос” стал приоритетным проектом страны и основой выживания СССР во второй половине 20-го века.
         В наши дни ситуация, к великому сожалению, повторяется почти буквально. И хотя все аналогии условны, но необходимо ясно осознавать, что мы, как народ и как страна, находимся на грани полного уничтожения и вычёркивания из мировой истории.
         Сегодня стало окончательно очевидно, что субъектом мировой политики в 21 веке будут те страны и блоки, в которых наиболее успешно решен “урановая проблема” грядущего века – проблема личностного потенциала, напрямую определяемого устойчивостью и мощностью сознания, степенью освоенности высших способностей каждым гражданином и населением всей страны в целом.
         В мировом соревновании будет побеждать и не проигрывать та государственность, личностный потенциал которой является наивысшим.
         Что такое личностный потенциал?
         Попробуем пояснить это через две принципиально разные “картинки” наших военных.
         Вот как описывал одну ситуацию чеченский писатель Юнус Сэшил: “В районе села Алхазурово “федералы” сбросили десант и его взяли в плен... Двое из села пошли охотиться и не возвратились. Родственники стали их искать, но найти не смогли. На следующий день искать пошло больше людей, тридцать семь человек. Ходили по лесу, пока по ним не открыли огонь. Но они не растерялись и стали кричать: "...окружай... ни одного не выпускай... давай сюда миномет... поставь там пулемет..." и прочее, будто из фильма "А зори здесь тихие"... Вскоре с той стороны кто-то стал кричать на родном языке. Они узнали голос одного из двух пропавших. Тот передал, что военные хотят вести с ними переговоры. А эти блефуют: никаких переговоров - не сдадутся - уничтожим, сдадутся - будут жить. Тогда десантники стали вести переговоры о сдаче в плен... Сдались пятьдесят человек, вооруженных самым современным оружием. Когда командир увидел, кому сдался, говорят, сел и заплакал...”.
         И неважно, как это было на самом деле. Важно, что так воспринимался личностный потенциал российского кадрового военного чеченским жителем в первую чеченскую войну.
         Я уж не говорю о тех, кто искренно поддавался на призывы провокаторов типа Ковалёва, который тогда открыто разъезжал по войскам и убеждал “федералов” сдаваться “борцам за независимость Чечни”. Или как руководство РФ полностью уступало Шамилю Басаеву – особенно в Будённовске.
         А вот совсем другой пример – подвиг в 1999 году 6-й десантной псковской роты, в течение суток стоявшей насмерть против полутора тысячи головорезов Хаттаба, когда ни один рядовой или офицер не предал товарища и Родину, “принял смерть за други своя”.
         Убеждён, что, встретив этих разных десантников на улице, мы бы их не отличили. Каждый был бы “приличным” человеком, имел бы основания требовать соблюдать его права, считать себя гражданином и пр.
         Но личностный потенциал их в “момент истины” оказался принципиально разным.
         Специально подчеркну, речь идёт не о том, что кто-то “плохой”. Осуждать наших ребят, попавших в чудовищно сложную ситуацию, не моё дело и не моё право. Да и огромное значение имело время, в котором происходили эти два события: конечно, во вторую “чеченскую войну” определяться и проявлять свой личностный потенциал было несравненно легче, чем в первую - по крайней мере, в спину не стреляла “пятая колонна” журналистов.
         Нет, речь не об осуждении, а том, что определяет достоинство страны и каждого из нас, наших детей и внуков – о совокупном личностном потенциале страны.
         Каким мужем и отцом, работником и профессионалом, защитником родных и страны, каким российским лицом в целом станет сегодняшний подросток или молодой человек, начинающий день бутылкой пива и заканчивающий день двумя. Какая мать и жена, какая опора будет с сегодняшней девицы, также потягивающей пивко и запросто позволяющей слюнявить себя сексуально озабоченному юнцу на виду у всех?
         Каков будет его и нового поколения личностный потенциал?
         Россия имеет все шансы не стать проигравшей на мировой арене. Но для этого она должна своим приоритетом сделать восстановление и наращивание личностного потенциала.
         Если мы сумеем сделать это, что наша страна станет мировой державой.
         Судьбы мира и будущее народов в 21 веке будут решаться в области дееспособности замысливать и осуществлять выдающиеся (“конкурентоспособные”) поколения – т.е. осуществлять поколенческое программирование.
         Именно от того, как уже сегодня и даже вчера мы, напрягаясь как страна, промысливаем поколения для грядущих конкретных десятилетий и зависит, как эти поколения будут показывать себя во Всемирной Истории, как, с какой эффективностью они будут трудиться, как они будут хранить традиции и историческую память, как они, в конце концов, будут зарабатывать пенсии своим отцам и дедам, каких они будут образовывать собственных детей и внуков.
         Итак, в чём должно быть ядро этого нового “Атомного проекта”?
         Ядром должен стать тотальный “культ личности” в России.
         Но чем наиболее достоверно определяется российская личность?
         Абсолютно конкурентоспособным и мирового качества российским высококвалифицированным трудом. Именно такой труд и стоящие за ним промышленность, наука и образование востребуют новую российскую личностью и новую российскую школу (см. мою статью “Система среднего профессионального образования как организатор промышленного развития России” - опубликована в журнале “Народном образовании”, № 7 за 2001 год, см. также http://www.p-rossii.ru/articles/stat2.shtml ).
         Чтобы всерьез говорить об образовании и, тем более, организовывать его восстановление и развитие необходимо предлагать и ясно формулировать то, какую Россию мы строим и какой труд в России мы создаём.
         Другими словами, чтобы иметь максимально эффективную сферу образования, нам нужна доктрина российского труда в 21 веке.
          
          
         Министерство будущего

          
         Почти никто в России не обратил внимание на очень сильную программную речь А.Б. Чубайса на Съезде СПС 14 декабря 2001 года: “Повторяю еще раз: это не означает, что ничего не осталось делать в экономике, это не означает, что ничего не осталось делать в образовании. Конечно, все это значимо, но в этих сферах, я убежден, мы движемся в правильном направлении и дальше будем двигаться правильно. Я говорю сейчас о том, где нужен радикальный, принципиальный прорыв…
         Может быть, сегодня это странно звучит. Но, поверьте, если мы действительно говорим о стратегии, то расширяться нужно принципиально в эту сферу. Расширяться, не отдавая ни одной пяди позиций, необратимо завоеванных нами в сфере экономики, в сфере бизнеса, в сфере промышленности, в сфере внутренней политики. Радикально продвигаться в оборону, в разведку, в военную сферу, во внешнеполитическую сферу - туда, где будет определяться лицо России в следующий пяти-семилетний период” (текст выступления Анатолий Чубайса на Съезде СПС 14 декабря 2001 года "России нужно определить свое место в мировом сообществе" - опубликован в "Нашей газете" от 11.01.2002, C.4, 5, а также на официальном сайте А.Б. Чубайса – http://www.chubais.ru/current/020211_1.htm ).
         Я бы советовал всей образовательной общественности обратить внимание на то, что сферу образования, как и экономику, главный электрик страны считает уже полностью захваченной и контролируемой. Поэтому и ставит следующую задачу инфильтрации в “оборону, в разведку, в военную сферу, во внешнеполитическую сферу”.
         К великому несчастью, Послание Президента Российской Федерации Федеральному собранию оказалось всего лишь популяризацией идей Чубайса.
         Это - путь к окончательной африканизации страны под видом американизации.
         И именно от нас с вами – больше ни от кого – зависит: станет ли наше образование орудием колонизации и уничтожения России, питомником дураков – или российское образование, в которое входит 40 миллионов человек, сумеет восстановить себя и своё достоинство, сумеет преобразовать себя в сферу программирования будущего страны.
         Пока что образование очень плохо себя, как модно сегодня говорить, позиционирует. Позиция образования и существующая образовательная политика является исключительно ведомственной и слабой, подвержена прямому заказу со стороны на проведение губительных для образования и страны нововведений.
         По-прежнему все, даже сами образователи убеждены, что их сфера – непроизводственная, т.е., читай, не производящая стоимость. Отсюда и несерьезное отношение к сфере.
         А ведь это страшно устаревшее представление. Во всём мире, начиная, кстати, с академика С.Г. Струмилина в СССР, стоимость образования давно уже является официальной категорией и “производственная” роль образования более никем не отвергается.
         А сегодня, когда наступает внеэкономическая эпоха (см. работы замечательного русского экономиста Марка Голанского, а также мою статью “Россия имеет все шансы стать мировой державой” - http://www.pereplet.ru/text/krupnov04.html ), образование становится ключевой сферой национального развития.
         Только для этого оно должно крепко привязать собственное развитие к развитию науки и к развитию промышленности. Именно эта триада – образование-наука-промышленность – могут и должны стать основой для подготовки структурного сдвига нефиктивного восстановления и развития России.
         Образование должно увидеть и помыслить себя в качестве сферы не столько приспособления молодежи к существующей жизни (это очень близорукая позиция), сколько подготовки молодежи к жизни и работе в принципиально новой формации.
         Образование должно стать ядром комплексной образовательно-научно-промышленной стратегии как введения молодежи в высококвалифицированный, абсолютно конкурентоспособный лучший труд.
         Только та новая формация российского образования, которое несёт в себе новую формацию российской жизни и российского труда в состоянии стать реальным механизмом реализации образовательных прав личности.
         Это очень важный момент. Преодолевая, и правильно, индустриализм советского времени и делая ставку на личность как смысл и цель нового российского образования, мы ни в коем случае не должны “выбросить” проектно-прорывной смысл образования и самой жизни.
         Личность и её высшие способности принципиально не выращиваются и не существуют в индивидуальной форме, они для отдельного изолированного индивида попросту невозможны.
         Здесь по прежнему прав Г.В.Ф. Гегель, который указывал на то, что все субъективные способности – это реальные способы деятельности в истории и являются, как писал выдающийся советский русский философ Э.В. Ильенков, автор знаменитой работы “Что же такое личность?”: “коллективными (“всеобщими”) формами, переживающими действительное развитие в истории. Субъектом “способностей” здесь впервые был признан не индивид как таковой, рассматриваемый в абстракции от всего того, чем он обязан обществу и истории, а тот грандиозный “ансамбль” индивидов, взаимно воздействующих друг на друга, который реально и создает политическую историю, и науку, и искусство, и технику, и все остальные универсально-человеческие формы культуры.
         Индивидуум же выступает в рамках этой концепции как нечто по существу производное, выступая как субъект способностей ровно в той мере и тех границах, в которых ему посчастливилось приобщиться к развитию всеобщечеловеческой культуры” (Ильенков Э.В. Гегель и проблема способностей. – в сб. “Философия и культура”, М, 1971, стр. 377 - 3 78).
         Летом 1997 года в разгар дискуссии по поводу перспектив и методов реформирования российского образования мною была предложена идея связать экономику образования с системой способностей как выражения планируемой образованности и трудовой дееспособности российского населения. В качестве механизма подобной связи была предложена “ипотека способностей”: “Реальная стоимость образования каждый раз может быть нефиктивно определена исключительно на уровне личности, через акт употребления образовательного цикла личностью, но, как это ни парадоксально, выразить и количественно характеризовать эту стоимость в состоянии только сложно организованная общественная структура, которая технически может связывать на себе систему коммуникации и связей в обществе, своего рода коммуникативная ипотека (Ю. Хабермас) - общественный неправительственный орган, который мог бы стать центральным механизмом создания социально-воспроизводственной инфраструктуры детства в России и, таким образом, формирования гражданского общества” (рукопись).
         Уверен, что только на этом непростом пути мы сможем в состоянии выйти на экономику образования, которое реально ориентированно на личность и её образование и, одновременно, на развитие российской государственности.
         В противном случае, мы, независимо от наших идеологических пожеланий, создадим экономику “нового человека”, очень похожего на столь вожделенного многими человека экономического (Homo economicus) и на практике являющего собой законченного эгоиста.
         Скажем, немного изменив знаменитое высказывание Александра III: У России сегодня есть только два союзника: армия и образование.
         Симуляция реформаторско-модернизационной деятельности должна быть прекращена. Реформы, модернизации, революции ради них самих и прокачивания западных денег и бюджета страны через родственные во всех отношениях структуры должны быть остановлены и прекращены.
         Если это не захочет делать руководство страны, высшие официальные чиновники – то это должна делать сама образовательная общественность.
         Я предлагаю создать совет по программированию будущего России как минимум на 40 – 50 лет, на период жизни двух поколений и при нём общественное министерство образования, науки и промышленного развития.
         На первых порах такое министерство будущего могло бы быть общественным объединением, которое бы собирало группу добровольцев
         Министерство будущего могло бы стать со временем новым российским госпланом, реально программирующим новые поколения, конкретное будущее России.




Database error: connect(localhost, 00156508, $Password) failed.
MySQL Error: ()
Session halted.